только не дкмайте, что кем то одержима, океей
это так конечно, но не до такой степяни.ии как вы могли заметить это прекрасные люди, о котыр я пишу, глубоко любимые мной, геи
скоро кино буду про их любовь снимать

Тёмная ночь с фонариками из звёзд на мрачном небе. Нет, не потому что оно покрытое серыми тучами, а потому что сегодня для тебя мир чёрно-белый. Ты слил все краски в бокал с дешёвым портвейном, который медленно поглощаешь, вот уже который час. Сидишь напротив окна, в уютном кресле, вцепившись в стеклянный стакан тонкими длинными пальцами, словно как в спасительный круг, плывущий одиноко в открытом океане. Распахнутое окно встречает тебя свежим прохладным воздухом и запахом улицы.
И вот когда ты снова прикасаешься к холодной гладкой поверхности губами, в нос ударяет резкий запах пойла, которое ты случайно нашёл у себя в столе, когда искал нож поострее. Ты надеялся на удачную находку, которая легко и безболезненно поможет вырваться крови на матовую кожу твоей руки, чтобы физическая боль заглушила стоны разрывающейся души. Но вместо этого ты нашёл длинную угловатую бутылку с интересным рисунком на этикетке. И выбросив тупой ржавый нож в мусорное ведро, полез доставать свой любимый гранёный стакан.
И вот теперь ты тут, бездумно смотришь в холодное небо, наблюдая как медленно, одна за одной, падают звёзды, оставляя за собой лишь пустое место. Вот так случилось и со всеми твоими знакомыми. Нет, тебе не было больно, когда они по очереди стали уставать от тебя, просто пустота разъедала кислотой тебя изнутри. Ты привык каждое утро смотреть на своё ничтожное помятое лицо от долгого лежания в одном положении.
И вот когда в твоей памяти возникает его образ – лелеемое тобой воспоминание до потери пульса, по щеке предательски стекает холодная слеза, на секунду задерживаясь в ямке возле носа и умирающая на твоих обветренных губах.
Он ушёл больше месяца назад, ты не знаешь точно сколько времени его уже нет, так как минуты потеряли для тебя смысл. Ты отключил телефон, просто потому что знал, что он не позвонит, что удалил твой номер. Ты не знаешь где он и с кем, но ревность всё равно окутывает твоё сердце колючей проволокой. Глаза жжёт от недостатка сна и пресных слёз.
Ты так устал дышать без него, словно воздух стал тяжелее, оседает на дне твоих лёгких сигаретным дымом. Ты много куришь, даже выделил отдельную коробку для пустых пачек с разноцветными надписями. Забавно…Ты решил перепробовать все сорта табака, надеясь найти тот, что будет сокращать твою жизнь на протяжении следующего года.
Вы познакомились случайно, ты наткнулся на него в Интернете. Он сразу же тебя заинтересовал. Это была вспышка дикого желания познакомится с парнем со смазливой мордашкой и солнечной улыбкой. Кончики его волос едва доставали до уха, пушистая макушка взъерошена в неком хаосе, милые ямочки на щеках, ты с детства обожал их у своей двоюродной сестры. Аппетитные губы не давали тебе покоя. Ты нашёл общие черты самого родного человека в нём.
Не долго думая ты написал ему банальное «привет» и он с улыбкой ответил тебе. Что-то внутри встрепенулось. Он притягивал тебя как магнит, который уже много лет висит на твоём холодильнике, подаренный твоей сестрёнкой.
Сутки на пролёт во всемирной паутине, лишь бы он не переставал писать. Привязанность слишком быстро вросла в твою душу. Твоим персональным раем стали любимое кресло возле компьютера, чашка горячего свежесваренного кофе и пачка сигарет рядом с хрустальной пепельницей, которая неизменно стояла недалеко от твоей правой руки.
Казалось, он отвечал тебе взаимностью, но ты знал, что он слишком самолюбив и эгоистичен, чтобы позволить прорваться чувствам сквозь безразличную маску. Он часто грубил, вы успевали ссориться, но одно его «прости» выбивало из памяти все обиды.
Однажды вы встретились. Ты быстро влюбился, окунаясь с головой в водоворот чувств.
Казалось, счастье твоё будет длиться вечно. Ты стал забывать про друзей, которые быстро перешли в стадию «старые знакомые», на тот момент тебя это ни чуть не беспокоило. Он был для тебя целым миром и даже больше. Он был для тебя личной упаковкой акварельных красок, которыми ты раскрашивал свою жизнь в яркие цвета. Самым любимым цветом стал серый – цвет его глаз. Ты тонул в бесконечной нежности. Он стал смыслом жизни, сладковатым воздухом. Ты всегда был сладкоежкой. А он любил вишню, кошек и говорил, что тебя. И ты верил ему, он не давал повода усомниться.
Вскоре он переехал к тебе. Ты был на много его старше, но тебе было плевать на возраст, ты даже не замечал этого. Тебе нравилось сдувать с него пылинки, приносить кофе в постель, часами валяться на кровати и молчать, вслушиваясь в его спокойное дыхание и биение сердца. Ты часто прислушивался к своему, отмечая про себя, что они бьются в унисон, но никогда не говорил об этом ему. Совместная готовка забавляла тебя – измазанный в майонезе котёнок был слишком милый, чтобы упустить шанс на это посмотреть. Ты любил для него готовить, делал это с неким обожанием и с огромным старанием. Ты всегда хотел, чтобы в ваших отношениях был идеальным даже ужин.
Ты позволял ему любые капризы, удовлетворяя все его желания.
А потом что-то изменилось....Всё стало хуже не куда. Постоянные скандалы, многочисленные обиды. Он часто пропадал ночами. Пока однажды не ушёл на совсем.
Все твои тщетные попытки дозвониться заканчивались монотонным голосом «абонент находится вне зоны доступа, перезвоните позже». Ты не знал куда обратиться, ты даже не был знаком с его друзьями.
И вот теперь ты один, занимаешься самокопанием сидя напротив распахнутого окна.
Ты не знаешь что сделал не так и почему он захотел уйти. Ты просто пьёшь свой дешёвый портвейн и пытаешься найти причину жить дальше. Прячешь в огрубевшие ладошки лицо, пытаясь стереть всю грусть, которая отражалась в твоих зрачках в виде длинной серой полосы.
Мягкий кроваво-красный закат коснулся подоконника. Ты даже не заметил, когда стало светло. Бутылка уже давно закончилась, и ты только сейчас обратил на это внимание. Откинувшись на спинку кресла, потёр уставшие глаза. Ни намёка на сон, только небольшая тошнота и не хватка сил. Ты забыл, когда в последний раз нормально ел. В холодильнике лежат только пару банок колы и испорченный заплесневелый сыр. Твоей едой стал крепкий кофе без сахара.
Слабо улыбнувшись одними кончиками губ, ты тяжело вздохнул и не заметил, как в замке заскрежетал ключ.
Единственное, что он забрал с собой твоего – это были ключи от некогда вашей квартиры.
Дверь не слышно открылась и в тёмном коридоре показалась тощая фигура. Он, не разуваясь, прошёл в зал, сразу отмечая повёрнутое к окну кресло, раньше стоящее в углу широкой комнаты, и бутылку рядом с ним.
- Прости меня, - на грани слышимости.
И лишь потому что у тебя не хватало сил даже глубоко дышать, тебе показались эти слова слишком громкими.
Ты вздрогнул и резко обернулся на любимый голос, который, казалось, ты узнаешь из миллиардов.
Глаза начинает щипать, а ты смотришь на него и не можешь понять сон это или реальность. И возникло огромное желание ущипнуть себя больно за руку.
А перед тобой стоит взъерошенное чудо в рваных джинсах и красно-чёрной футболке.
Ты вскакиваешь, задев по пути стакан, который с грохотом разбивается и только мысль «куплю новый» на долю секунды появляется в твоей голове. Ты подбегаешь и на мгновение замираешь рядом с ним, а потом отбросив все сомнения крепко обнимаешь, утыкаешься в родную шею, и даёшь волю слезам. Воротник его футболки слишком быстро намокает, а ты стоишь и тихо плачешь. Он гладит тебя по спине и целует в растрепанную макушку. И ты понимаешь, что даже если это и сон, то останешься в нём навсегда любым способом.
- Больше не делай так, солнышко, - сквозь всхлипы, дрожащим голосом, произносишь ты.
- Обещаю.
С облегчением выдыхаешь, но не можешь угомонить бешено стучащее сердце.
И в глазах снова появляются яркие краски, фейерверками разбрызгиваясь по комнате.
Ты счастлив и понимаешь, что это уже навсегда.

Вообще-то мне стоило бы злиться за всё, что со мной случилось, но трудно хранить злобу в сердце, когда в мире столько красоты. Иногда мне кажется, что я вижу ее всю, и это становится невыносимым. Мое сердце наполняется ею, как воздушный шар, который вот-вот лопнет. И тогда я расслабляюсь и перестаю сопротивляться ей. И она просачивается сквозь меня подобно дождю. И я уже не могу не чувствствовать ничего, кроме благодарности за каждое мгновение моей дурацкой, маленькой жизни.